Когда число воспитанников становилось мерой помощи
Субсидия должна была поддерживать приют, который содержал детей. Но если размер помощи зависел прежде всего от числа воспитанников, государственный учет отвечал на простой вопрос: сколько детей числится в учреждении. Он не обязательно отвечал на другой: хватает ли им еды.
Так возникал опасный перекос. Каждый новый ребенок увеличивал учитываемый приютом контингент и мог принести дополнительную субсидию, тогда как расходы на питание и уход тоже росли. Если выплату можно было получить за само наличие ребенка, а достаточность его рациона никто не проверял, у учреждения появлялся финансовый стимул принимать новых воспитанников, не обеспечивая их необходимым.
Выплата за место — не гарантия заботы
Здесь проблема не только в жестокости отдельных распорядителей. Само правило оплаты задавало то, за что приюту было выгодно отчитываться: за количество детей, а не за качество их содержания. Проверка списков могла подтвердить, что воспитанники действительно есть, но не показывала, что происходит в столовой и получают ли они достаточно пищи.
Такой механизм не делал голод неизбежным и не означает, что все французские приюты действовали одинаково. Но он позволял использовать пробел в контроле: учреждение могло наращивать число детей, а последствия экономии на их содержании ложились на самих воспитанников. Когда помощь считают по головам, но не проверяют, что получает каждый человек, учет превращается в стимул к расширению — без гарантии, что вместе с ним растет забота.
