Почему устранение ущерба попадает в ВВП
Валовой внутренний продукт измеряет стоимость товаров и услуг, произведённых за определённый период. Он не оценивает, стало ли людям лучше жить и насколько полезна каждая оплаченная работа. Поэтому, когда после разлива нефти нанимают специалистов, заказывают оборудование и вывозят загрязнённые отходы, эти услуги учитываются как экономический выпуск.
Сам разлив не создаёт полезного продукта: он уничтожает природные ресурсы и может повредить рыболовству, туризму и здоровью людей. Но ущерб как таковой обычно не вычитают из ВВП отдельной строкой. Зато расходы на его устранение видны в статистике, поскольку за ними стоят оплаченные работы и услуги.
Рост расходов — не то же самое, что рост благосостояния
Представим прибрежный город, где нефть загрязнила пляжи. Сначала местные предприятия теряют доход, а затем город или ответственная компания платит за очистку берега. В учёте появляется дополнительная экономическая деятельность, хотя эти деньги лишь помогают вернуть часть прежних условий, а не создают новое благо на месте бедствия.
Это один из пределов ВВП как показателя: он хорошо фиксирует рыночное производство, но сам по себе не показывает, вызван ли рост расходов развитием или необходимостью ликвидировать ущерб. Одинаковая сумма в ВВП может соответствовать и полезной новой услуге, и дорогостоящему восстановлению после катастрофы.
Что остаётся за пределами счёта
ВВП не отвечает на вопросы, насколько пострадала экосистема, сколько времени займёт её восстановление и кто понёс потери. Для полной картины нужно смотреть и на другие показатели — например, на состояние окружающей среды, утраченные доходы и распределение затрат. Поэтому уборка может увеличить измеряемый выпуск, но это не превращает сам разлив в экономическую выгоду: оплаченная работа отражает цену последствий, а не их пользу.
