Как рисунок на плёнке становился звуком
Извилины на звуковой дорожке — не изображение звуковой волны в воздухе, а её пространственная запись. Когда звук записывали на плёнку, его колебания управляли светом: на фоточувствительном слое получался узор, в котором менялись ширина тёмной полосы или её прозрачность. Чем быстрее менялся звук, тем чаще менялся рисунок; громкость влияла на величину этих изменений.
Во время показа дорожка двигалась мимо источника света с постоянной скоростью. Поэтому последовательность отметок превращалась во времени в последовательность изменений освещённости: участок плёнки задавал мгновение звука, а соседние участки — следующие мгновения.
От света — к электрическому сигналу
Свет после прохождения через дорожку попадал на фотоэлемент — чувствительный к освещению элемент, который менял электрический сигнал в зависимости от количества полученного света. Вариации этого сигнала соответствовали записанным колебаниям. Затем усилитель делал его достаточно мощным, чтобы динамик снова создал слышимые колебания воздуха.
Так оптическая дорожка обходилась без отдельной звуковой ленты: изображение и звук находились на одной плёнке, хотя считывались разными устройствами. Для совпадения речи с движением губ проектор должен был протягивать плёнку с заданной скоростью. Если скорость менялась, менялись и темп, и высота звучания — как при ускоренном или замедленном воспроизведении записи.
Сам рисунок был очень мал, поэтому качество зависело от точности плёнки, оптики и движения механизма. Но принцип был изящен: проектор не просто показывал фильм — он превращал свет, промодулированный узором дорожки, в сигнал, который динамик мог сделать слышимым.
