Повторное использование начиналось не с нуля
Шаттл возвращал на Землю орбитер — крылатый аппарат с экипажем, грузовым отсеком и двигателями. Но вся система не была многоразовой целиком: внешний бак после работы сбрасывали, а твердотопливные ускорители приводнялись и затем проходили восстановление. Поэтому перед каждым полётом требовалось не просто заправить готовую машину, а заново подготовить сложный комплекс.
Крылья и корпус помогали орбитеру планировать к посадочной полосе, но при возвращении аппарат входил в атмосферу на огромной скорости. Его теплозащита состояла из плиток и других материалов, которые принимали на себя жар. Повреждение даже небольшого участка могло иметь серьёзные последствия, поэтому после посадки специалисты осматривали покрытие и заменяли или ремонтировали дефектные элементы. Это была тонкая ручная работа, а не быстрая проверка по принципу «исправен — неисправен».
Цена скрывалась в обслуживании
Чтобы сделать аппарат возвращаемым, конструкторы добавили крылья, прочный корпус, теплозащиту и системы для работы экипажа. Всё это увеличивало массу: ракете приходилось выводить на орбиту не только груз, но и сам корабль, который затем должен был безопасно вернуться. А после посадки требовались ангары, оборудование и большие команды специалистов.
Экономический расчёт зависел от частых полётов: расходы на создание системы предполагалось распределить между многими запусками. Но если подготовка занимала долгое время и требовала множества проверок, аппарат не мог быстро возвращаться в строй. Повторное использование экономит ресурсы лишь тогда, когда повторный запуск обходится дешевле, чем восстановление машины. У шаттла возвращение сложной техники стало не завершением полёта, а началом нового цикла работ.
Катастрофы дополнительно показали, что в такой системе важна не только исправность отдельных деталей: опасной могла стать цепочка взаимодействий между элементами, подготовкой и решениями о запуске.
