После отцепки планер летел за счёт высоты
Самолёт-буксировщик разгонял планер и поднимал его на высоту. Перед посадкой экипаж отсоединял буксирный трос, и планер продолжал движение уже самостоятельно: крылья создавали подъёмную силу, а запас высоты постепенно превращался в расстояние полёта. Двигателя, который поддерживал бы скорость или позволил изменить маршрут, у него не было.
Поэтому «бесшумный» означало прежде всего отсутствие гула мотора и винта. В воздухе оставались шум ветра и скольжения, а при касании земли — звук самой посадки. Но для тех, кто находился рядом с предполагаемым местом высадки, такой транспорт мог стать неожиданностью: самолёт-буксировщик уходил, а планер подлетал без привычного моторного шума.
Тишина требовала точного расчёта
Планеру нужно было заранее выбрать подходящий участок и выстроить к нему траекторию. Слишком низко он мог не долететь, а после посадки не мог снова взлететь и уйти на второй круг. Для военных это было важным компромиссом: планер доставлял людей и груз без двигателя на конечном участке, но зависел от удачного выбора места и точного захода.
У конструкции были и другие ограничения. Дерево и ткань помогали сделать планер легче, однако после приземления он оставался крупным и уязвимым. Его ценность заключалась не в возможности долго летать, а в коротком последнем отрезке пути — когда буксир уже исчез, а доставленные солдаты оказывались у земли почти без предупреждающего гула.
