Золото сменило форму, а не просто исчезло
Когда государство продаёт золото из резервов, оно обменивает один актив на другие. В случае Канады металл постепенно уступал место иностранной валюте и облигациям. Поэтому завершение распродажи к 2016 году означало не исчезновение всей стоимости резервов, а изменение их состава: вместо слитков у государства оставались финансовые активы.
Почему валюту и облигации проще использовать
Золото может служить запасом стоимости, но само по себе не приносит процентного дохода и не подходит для повседневных расчётов. Иностранная валюта позволяет проводить международные платежи, а облигации — долговые бумаги, обещающие выплаты, — могут приносить доход и при необходимости продаваться.
Для управления резервами важна не только сохранность актива, но и его практическая пригодность. Если властям нужно быстро расплатиться в другой валюте или поддержать финансовые операции, валютные средства и ликвидные ценные бумаги обычно удобнее, чем золото, которое сначала требуется продать.
Выбор с обратной стороной
У такой перестройки есть компромисс. Золото не зависит от обещания конкретного заёмщика выплатить долг, тогда как облигации несут риск изменения цены и зависят от финансового состояния их эмитента. Валютные активы тоже могут терять стоимость относительно других валют. Отказ от золота делает резерв удобнее для операций, но устраняет один из способов диверсификации — то есть распределения средств между активами с разными свойствами.
Важно и то, что официальный запас — лишь золото, которым владеет государство в составе резервов. Его отсутствие не означает, что золота нет в Канаде вообще: металл может принадлежать частным владельцам и компаниям. К 2016 году закончилась именно история государственного золотого запаса, а не канадского золота как такового.
