Голос начинается не с костей
Чтобы возник звук, воздух должен заставить мягкую ткань вибрировать, а полости тела — усилить и изменить получившийся тон. У птиц вибратор находится в сиринксе, органе у основания дыхательного горла; у крокодилов звуки связаны с гортанью. Кости черепа могут подсказать, как животное жевало или воспринимало звук, но сами по себе не показывают, какая ткань вибрировала и как она звучала.
Поэтому у тираннозавра нет окаменевшего «голосового аппарата», по которому можно было бы восстановить тембр. Мягкие органы почти никогда не сохраняются, а даже найденные элементы гортани не дают полной записи: на звук влияли также дыхание и форма горла и ротовой полости.
Что подсказывают его живые родственники
Птицы и крокодилы — ближайшие ныне живущие ветви большой группы, к которой относились динозавры. Их поведение показывает, что громкий голос не обязательно похож на крик из фильма: некоторые звуки возникают при закрытом рте и воспринимаются скорее как гул или рокот. Это делает низкое звучание правдоподобной возможностью, но не доказывает, что тираннозавр издавал именно такие звуки.
Сравнение родственников — не способ буквально «перемотать» эволюцию назад. Между видами меняются органы, поведение и способы общения; у вымершего животного могли быть особенности, которых нет ни у птиц, ни у крокодилов. Поэтому по родству нельзя уверенно восстановить ни конкретную ноту, ни привычный сигнал.
Почему кино выбирает рёв
Рёв — удобный художественный знак: зритель сразу понимает, что перед ним опасный хищник. В действительности звук мог быть ниже, тише или устроен иначе, а общение могло включать не только голос. Без сохранившихся мягких тканей мы не можем проверить, как звучал каждый вариант. И всё же сама возможность низкого рокота не фантастична: она опирается на реальные способы звукоизвлечения у живых родственников тираннозавра, а не на голос, записанный в окаменелости.
