Человеческая сила вместо двигателя
У «Ханли» не было мотора, который мог бы вращать винт сам. Семь моряков работали у общего коленчатого механизма: каждый поворот рук передавался на вал и толкал лодку вперёд. Это позволяло обойтись без топлива и двигателя, но превращало движение в постоянную тяжёлую работу. Чем быстрее экипаж хотел идти, тем больше сил тратил — и тем труднее было сохранять внимание и управлять лодкой.
Внутри корпуса люди сидели тесно, почти вплотную друг к другу. Запас воздуха был ограничен, а свежий воздух во время погружения не поступал. Каждый вдох понемногу менял состав атмосферы; физическая нагрузка ускоряла дыхание. Поэтому даже без повреждений запас времени под водой зависел от того, насколько быстро команда могла выполнить задачу и всплыть.
Атака требовала опасного сближения
Чтобы поразить корабль, «Ханли» должна была подойти к нему почти вплотную. На носу лодки находился заряд на длинном древке — его называли шестовой торпедой. Подводники направляли заряд к цели, после чего взрыв должен был повредить корпус корабля. Такая тактика давала шанс ударить по более крупному противнику, но оставляла мало пространства для ошибки: лодка находилась рядом со взрывом, а затем ей ещё требовалось безопасно уйти.
После удачной атаки на корабль противника «Ханли» не вернулась. Вся команда погибла. Точную причину гибели лодки нельзя свести к одному установленному сценарию: теснота, ограниченный воздух, сложность управления и опасность самой атаки делали погружение рискованным на каждом этапе.
Цена скрытности
Подводная лодка могла приблизиться незаметно, но эта скрытность оплачивалась уязвимостью экипажа. У «Ханли» каждый метр пути зависел от человеческих рук, а спасение требовало, чтобы все механизмы и действия сработали вовремя. Удачный удар ещё не означал, что команда сможет вернуться: в такой лодке между боевым успехом и катастрофой оставались лишь тесный корпус и запас воздуха.
